pristalnaya (pristalnaya) wrote,
pristalnaya
pristalnaya

This journal has been placed in memorial status. New entries cannot be posted to it.

Category:
Когда впервые в жизни касаешься умершего, кладёшь ладонь на лоб или за руку трогаешь… когда тебе лет 7-8… это страшно очень. Потом, в другие разы уже знаешь, какое это ощущение, нет той неожиданности… Хотя нет, что я говорю? Это не столько страшно в первый раз, сколько по-другому совсем. Больше похоже на удивление. Потому что покойник на ощупь, он совсем не такой, как ожидаешь.

Первый раз меня бабушка заставила. Не то чтобы прямо заставила, а сказала, что нехорошо без этого, что надо попрощаться, что если не дотронуться, то потом во сне к тебе приходить будет. И я подумала, что лучше уж один раз так, чем потом всё время во сне, и положила руку деду на лоб. И захотелось сразу руку одёрнуть, в карман спрятать или там, не знаю, за спину… такое чувство. Потому что лоб был твёрдый совсем, неживой, и холодный-прехолодный, как-будто даже «гусиной кожей» покрытый. Но глянула на бабушку, на маму - плачут все… не одёрнула, не посмела.
А память касания, оказывается, на всю жизнь запомнилась. Вот точно знаешь уже, как это. И потом, в другие разы, никакого удивления не было и страха тоже.

До того меня на похороны не водили – маленькая была. И когда двоюродного братика маленького отпевали в доме, и когда прабабку, то меня увозили в гости куда-то. Я их поэтому живыми запомнила, такими, какими всегда их знала. А деда – вот так… на уровне глаз, на столе, холодного. И чтобы вспомнить о нём что-то из нашей прежней жизни, какие-то события, случаи, надо сперва через вот это воспоминание переступить, которое рубежное. И вот этот мгновенный холод в ладони остановить… Теперь я многих близких вспоминаю уже вот так только, словно перепрыгивая внутри себя стылую сосущую пропасть, задерживая дыхание над тем местом в памяти, когда уже всё...

Но на похоронах я не плакала никогда - ни маленькая, ни взрослая. Ну не умею я. Потому что не жаль себя было, не думала я о себе, мол, как же я теперь, да как мне тяжело, да как невыносимо (ну вот так, да, что ж делать?)… Я всё больше о них думала, всё не могла в голове уместить, как это оно… как они теперь? Они же вот… ну где? Кто они теперь, куда они такие… и какие?.. Была какая-то растерянность и досада, что ли.

Я по-настоящему рыдала только однажды, просто выла в голос и не могла ничего с этим сделать… когда хоронили отца. Я никогда не жила с ним, его у меня не было все тридцать лет. И увидеть как он уходит вот так, совсем, уже не оставляя мне хоть какой-нибудь надежды хоть на что-нибудь… было выше моих сил. Смерть не просто отбирала его у жизни, она вырывала его из меня, как смерч вырывает тонкое деревце, с корнями, со всеми непроросшими ветками… Я не была готова к такой утрате. Но жизнь отдала его… А я нет.

Уже три года, как папы не стало. Но каждый раз, когда я думаю о нём, я представляю его живым. Это совсем не сложно - я училась этому тридцать лет. Все придуманные истории о нём, все его возможные поступки и предполагаемые наши с ним диалоги – они по-прежнему живут во мне. И я порой мысленно разговариваю с ним, как делала это маленькой много лет назад… как делала это всегда.
И только теперь, мне кажется, он меня слышит… И мои ладони теплеют.



(Фото - E.Kozhevnikov)
Tags: кого я помню
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 77 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →