March 23rd, 2007

анфас

(no subject)

Меня зачали в любви, в самом конце февраля, в большой квартире австрийского дома, на синем чешском диване. И я совсем не виновата в том, что вся любовь, до капельки, из двух взрослых людей утекла в меня, маленького сморщенного головастика. И у них ничего не осталось друг для друга.
Головастика быстро отучили сосать сиську, писать в пелёнки и причитать "агу-агу". Его сдали на попеченье бабушке и занялись разводами, перетасовками, новыми страстями и любовями... короче, все устраивали личную жизнь. А у головастика какая личная жизнь? Учись ходить на горшок да смотри на мир во все глаза!
И я вовсе не виновата, что дед мой пил, а тётки были бездетны и рано умирали. В этом мне виделся какой-то неизбежный страшный закон, который распространялся и на меня. Он давил меня много лет, пока любовь не начала прорастать во мне упрямо и неуклонно.
Когда я перестала быть гадким утёнком?.. Угловатым подростком с длинными руками, тонкой шеей, дурацким хвостом на затылке?.. Может тогда, когда первый раз надо мной надругались? И кто-то скажет, как тогда, "сама виновата", но я-то знаю... Или когда я впервые влюбилась?
Мальчики мои, простите меня за то, что я оставила вас всех до одного. Нет в том моей вины. Моя беда в том и глупость. Моя память в том.
Я всех любила. Каждого. Я наливала ваши рюмки из своего сердечка, через леечку, до краюшков. Мне казалось, любовь никогда не иссякнет. Так мужское семя без надобности уходит в землю, не возвращаясь новой жизнью и теплом.
Я вынашивала безумные идеи и слова новых песен, ясноглазую дочь и цветные сны, морщинки в углах губ и незабвенные имена, колыбельные молитвы и детские страхи... Что бы я ни делала, я делала это по любви. И поэтому, только поэтому - я невинна. И если это звучит, как оправдание, то мне есть, чем оправдаться.
анфас

Д/з - "Любовь различит нас" или "Когда я тебя повстречаю".

Как же мы жили-то? Ещё ничего не зная, но уже обо всём догадываясь. Где-то ходили, куда-то ехали поездами... Как же мы?
Мы сидели где-то за партами, танцевали с другими... женились, рожали детей, уходили, возвращались... Мы не узнали друг друга ни разу, не различили в толпе, не окликнули.
Наша любовь болталась в электричках между нашими городами, качалась в самолётах, приникнув лбом к иллюминатору. Почтовые голуби сбивались с пути, а собаки со следа... Как же мы жили-то?
В руках появлялась дрожь, в голосе хрипотца, в карманах сквозняки... Мы бывали счастливы, мы улыбались другим и с другими. Что-то ныло под лопаткой, "давление" - говорили мы - "возраст" - говорили мы - "нервы"... То любовь наша ныла в нас, стучалась в сердечную мышцу, искала лазейку... Она не сдавалась, она никогда не сдаётся.

И когда однажды наши сердечки вытряхнет боженька из мешочка... и мы упадём цветными камушками на бескрайний берег бесконечного океана... и смешаемся с тысячами таких же камушков, гладких, облизанных ветром и прибоем... вот тогда, тогда непременно любовь различит нас... потому что она никогда не сдаётся!