March 4th, 2009

анфас

Собачница

- А я говорила, что не надо нам сегодня на улицу выходить! – сетовала пани Хеля. – Потому что всё снова будет, как всегда. Я говорила!
Она стояла на узенькой мощёной дорожке рядом со свежевыкрашенной лавочкой. У её ног сидела маленькая пучеглазая болонка и виновато подрагивала хвостиком. Болонку звали Фига и, по-собачьим меркам, она была дамой преклонных годов. Но пани Хеля не делала сноску на собачьи мерки, поэтому Фигуся неизменно была её «девочкой», «деточкой» и «малышкой». И сейчас ей положено было носиться по газону и играть вместе с другими собаками, заливаясь звонким лаем.
- Какая ты у меня необщительная, - говорила с досадой пани Хеля и трогала ладошкой угол лавочки.
Краска, похоже, совсем подсохла, и можно было присесть на краешек, чтобы отстегнуть поводок.

Издали помахал рукой пан Пётер. Его радостный сеттер заигрывал с молоденькой колли, припадая на передние лапы и отпрыгивая в сторону, и снова припадая. Пётер курил и подбадривал пса окриками.
Пани Домбровска, как обычно, прохаживалась вокруг беседки, выгуливая двух стареньких пуделей грязно-белого цвета.
- Как поживаете, пани Хеля? – спросила она, поравнявшись с лавочкой.
Пани Хеля собиралась ответить, что в целом неплохо, только Фигуся её расстраивает – капризничает и плохо гуляет. Но один из пуделей вдруг рванул поводок и, переваливаясь, побежал к дальнему дереву. Пани Домбровска выругалась, подхватила под мышку второго пуделя и заторопилась следом за первым.
Пани Хеля вздохнула, проводила их взглядом и погладила Фигусю.
- Ну иди, детка! Иди, побегай, - сказала она. – Ну что ты сидишь?
Собачка подняла на неё большие карие глаза, завиляла хвостом и легла у ног.
- Ну вот ещё! – возмутилась пани Хеля и легонько подтолкнула Фигу носком туфельки. – Смотри, как собачки играют. Иди, не бойся! Они не кусаются!
Она ещё немножко посидела, уговаривая Фигу, потом пристегнула поводок и решительно пошла по дорожке к проспекту.

- Завтра будешь сидеть дома! – вычитывала пани Хеля собачку. – И никаких сахарных косточек! Мне уже стыдно перед другими, Фигуся. Ты ведёшь себя, как дикарка.
Фигуся торопливо семенила рядом, каждый раз задирая мордочку на звук своего имени.
- Я понимаю, если бы ты была щенком! – не унималась пани Хеля. – Но ты же большая девочка! Нельзя же всю жизнь просидеть у моей юбки…
Возле беседки пани Домбровска расчёсывала по очереди своих пуделей. К ней подошёл пан Пётер справиться о здоровье. Они перекинулись несколькими фразами, глядя вслед пани Хеле. Та шла одна по дорожке, разговаривая сама с собой.
Время от времени пани Хеля наклонялась и проводила ладошкой по воздуху сантиметрах в двадцати над землёй.
Когда у самых ворот она на минутку оглянулась, Пётр и пани Домбровска дружно заулыбались и помахали ей рукой.

_____________________
рисунок – В.Оленберг