May 13th, 2009

анфас

Со стороны улицы

Владек сидит в кресле вытянув длинные ноги в клетчатых пантуфлях, барабанит пальцами по подлокотнику и злится. Не проходит и дня, чтобы Ружена не попрекнула его хоть чем-то, хоть чашкой кофе, хоть куском мыла. Она думает, что сидеть весь день в кресле - это так приятно?
Да, допустим, ничего не делаю. Да, допустим, ни копейки в дом. Да, допустим, прирос, представь себе…
Владек поплотнее запахивает халат и закидывает ногу на ногу. Очень хочется курить.
Ружена стремительно проходит мимо него в спальню, потом обратно в ванную, нарочито громко хлопает дверцами шкафчиков, что-то роняет, ругается сквозь зубы, идёт на кухню, звенит посудой…
Собирается на работу. Так каждое утро. Истеричка!

* * *

- Да нет, это не выход, - говорит Ружена и отодвигает от себя пустую чашку. - Ну позвоню я ей, и что я скажу?
- Так и скажешь, - говорит Зося, - образумьте, мол, вашего сына, сил никаких нет!
- Ага, ты не знаешь его мать! - Ружена машет официанту и пальцем показывает на пустую чашку. - Проще сразу развестись!
Официант кивает и скрывается за стойкой. Через секунду он появляется с маленьким чайничком на подносе.
Зося ждёт, когда официант подольёт горячего кофе и отойдёт обратно к барной стойке, потом наклоняется и что-то шепчет Ружене прямо в ухо.
- Да ну тебя! - говорит Ружена, краснеет и с любопытством смотрит на официанта.
- Да ну тебя! - ещё раз говорит она, придвигает к себе чашку и сосредоточенно кладёт в неё поочерёдно три кусочка сахара.

* * *

- Очень хочется курить, - думает Владек. - Очень хочется курить, а нечего!
Он встаёт с кресла, медленно потягивается, запахивает халат и идёт на кухню. Там он забирается на табурет и долго шарит рукой между банок, стоящих на полке под самым потолком. Ничего не найдя, он слезает с табурета, чихает от посыпавшейся пыли, злится, отряхивает рукав халата.
- Истеричка! - говорит Владек вслух.
Он открывает холодильник, достаёт кусок Краковской колбасы и быстро ест, откусывая большими кусками. Продолжая есть, подходит к окну, опирается свободной рукой о подоконник и стоит так какое-то время.
Вдруг плечи его начинают как-то странно подёргиваться. И если бы кто-то посмотрел в окно со стороны улицы, то увидел бы худого заросшего мужчину, который стоит, упёршись лбом в стекло, и давится рыданиями пополам с колбасой, поминутно всхлипывая и содрогаясь всем телом.

* * *

- Это сколько, получается, Владек не работает? - спрашивает Зося.
Они идут под руку вниз по улице, и Ружена пытается поправить волосы, но сумочка каждый раз сползает с плеча и повисает на локте. Они останавливаются, Зося терпеливо ждёт, пока Ружена поправит сумочку и уложит локон за ухо. Тогда они продолжают идти, чтобы через несколько шагов всё повторилось.
- Шесть месяцев уже, - говорит Ружена, поправляя волосы. - Полгода, представляешь? Да ладно бы, не работал. Ему лень даже из дому выйти! Он даже не бреется уже, представляешь?
- С трудом, - улыбается Зося, - хотела бы я на это посмотреть.
- Вот и посмотрела бы! Улыбается она! - Ружена высвобождает руку и демонстративно прячет её в карман. - Я скоро с ума сойду, вообще!
- Ну хочешь, я с ним поговорю? - Зося снова настойчиво берёт её под руку, и они продолжают идти вниз по улице. - Ну хочешь, прямо сейчас?
Ружена пожимает плечами и какое-то время идёт молча, глядя себе под ноги.
- И что? Ну вот что ты ему скажешь? - неуверенно спрашивает она.
- Ну, хотя бы пристыжу! Знаешь, иногда на мужчин это действует. Ой, вот был у меня один случай…

* * *

Владек слышит, как открываются дверцы лифта и кто-то разговаривает на лестничной площадке. Какой-то шум, звяканье ключей, смешки...
Владек быстро кладёт колбасу в холодильник и большими прыжками несётся в комнату. Там он усаживается в кресло, вытягивает ноги, скрещивает руки на груди и старается дышать ровнее.
Ружена включает в коридоре свет и тут же обнаруживает разбросанные клетчатые пантуфли.
- Так-так, - громко говорит она, глазами показывая Зосе на пантуфли, - проходи, Зосенька, проходи!
Она ведёт Зосю прямо в комнату, попутно поправляя сумочку на плече. Они останавливаются перед креслом:
- Вот, Зосенька, полюбуйся!
И обращаясь к Владеку:
- Хоть поднялся бы, что ли! У нас гости, между прочим!
Зося смотрит на пустое кресло и чувствует, как вниз по позвоночнику скатывается холодная капля. Она оглядывается, в надежде увидеть Владека на диване, или у окна, или хотя бы у двери, но в комнате никого нет. Ни-ко-го!
Зося стоит и смотрит, как Ружена разговаривает с пустым креслом, и думает: “Всё. Ружка помешалась. Какой ужас. Какой кашмар…”

* * *

Владек закидывает ногу на ногу и понимает, что потерял пантуфли по дороге из кухни. Он расстраивается и злится ещё больше.
Ружена заходит в комнату, встаёт прямо перед креслом, и снова начинаются обычные претензии. А, нет, сегодня что-то новенькое.
Гости? Какие такие гости? Владек вжимается в спинку и смотрит на дверь с раздражением, хотя и не без любопытства.
В коридоре как-то очень тихо. Владек смотрит на дверь и ждёт.
- Вот, Зосенька, полюбуйся! - говорит вдруг Ружена и улыбается в воздух.
Владеку становится не по себе. Он быстро оглядывает комнату. Да ну, он же не идиот, в самом деле. Никого нет! Никого и не может быть!
Владек смотрит, как Ружена разговаривает с воздухом, помогая себе жестами и ужимками, и у него сдают нервы.
- Ты дура??? - кричит он и страшно пучит глаза. - Ты что, полная дура?
Ружена от неожиданности роняет на пол сумочку, бледнеет и бежит на кухню. Владек идёт следом, задерживаясь в коридоре, чтобы надеть пантуфли. Ружена быстро забирается на подоконник, открывает форточку, высовывает голову и кричит:
- Помогите! На помощь!!! Кто-нибудь, помогите!
И если бы кто-то посмотрел в окно со стороны улицы, то увидел бы лишь битые стёкла заброшенного дома и кусок грязной занавески, колышимой сквозняками.


Photobucket