December 8th, 2016

анфас

(no subject)

Вечером город ужимается до пары близлежащих улиц, до нескольких крыш, до размеров двора, который видно из окон. Огоньки проезжающих машин свидетельствуют движение времени вернее, чем мерное тиканье настенных часов. Медленный снег, летящий поперёк света фонарей, напоминает всё сразу: дом в другом городе, новогодние праздники в прошедшем столетии, людей, приходящих ко мне зимой, и других, уходящих от меня в зиму. Каждый раз подходя к окну, чувствую себя маленькой, и хочется непрестанно загадывать желания. Так, словно снег – гарантия непреходящего волшебства.
Орхидея на подоконнике распахнула первый зимний цветок. Жизнь не замирает ни на минуту. Каждое мгновение она начинается заново и упорно побеждает смерть на каждом отрезке.

Всё детство, вплоть до средней школы, я не добирала по весу и очень плохо ела. Бабушка изводилась в попытках накормить меня хоть чем-то. В одну зиму (классе во втором или третьем) я задружилась с рыжей уличной собакой. Тощая, на высоких лапах, с жёсткой вьющейся шерстью, она до самых каникул провожала меня из школы домой. У неё был свой интерес. Бабушка неизменно укладывала мне в портфель еду, которую я скармливала потом этой псине. Псина была славная. И каждый день по пути от школы до дома мы играли в то, что у меня есть собака, а у собаки есть хозяйка. Собаку я назвала Пунькой. Потом уже, когда бабушка прижила Пуньку у нас во дворе, оказалось, что это кобель. Спал он на веранде, честно охранял дом и полюбил бабушку преданно и беззаветно. Кормили Пуньку хорошо. К весне он стал красавцем. Но время от времени сигал через забор, чтобы к окончанию уроков встретить меня у школы и получить свой законный бутерброд с "докторской" колбасой или пару яблочных оладий.
Тут нет никакой морали, просто вспомнилось.

Когда лежишь под капельницей, вспоминаются всякие разные вещи. Цветные мячики возле цирка – из фольги и на резинке; сахарные петушки на палочке; снежная крепость в соседнем дворе; самодельная гирлянда с флажками из цветной бумаги; вафельный торт со сгущёнкой; брат Димка с рассказами про загадочный Фаэтон; дед, мастерящий подставку под ёлку; новые санки с раскладной металической спинкой; запах корицы и ванили из бабушкиной кухни. Вспоминается ощущение радости и безопасности, ощущения "настоящести" происходящего, которое со временем растерялось. Господи, как хочется чуда! Чуда и волшебства! И бутерброд с "докторской" колбасой.