January 23rd, 2018

анфас

(no subject)

Пять лет назад в этот день всё было совсем иначе. Я сидела за столом у окна в своей квартире, в любимом городе, смотрела на заснеженные крыши домов, на медленный снег летящий в свете фонарей... И писала совсем о другом.

"Два дня шёл дождь. Ветви на деревьях, как прожилки в янтаре, застыли в ледяных пробирках. Всё стало похожим на декорацию к «Снежной королеве». Маленькие разбойницы присматривают себе быстроногих оленей. Старые лапландки чертят письмена на боках северных рыб.
Мы беспечные дети, мы почти Герда и Кай. Мы забыли на балконе нашу розу ещё летом. Пока я вынимала осколки льда из твоих глаз и сердца, наступила новая зима…

У меня почти идеальная холостяцкая жизнь: разложенные попарно носки, кот в кресле, список новых фильмов, капли от насморка, пастилки для горла, кофе по утрам, чай по вечерам…
По ночам мне снятся экшены и детективы. А днём я возвращаюсь из булочной – и у меня в пакете батон и бутылка молока. Я чувствую себя персонажем какого-то «Ералаша» для взрослых. Никакого пафоса, никакого драматизма.

Я поднимаюсь по ступенькам и думаю, как бы так исхитриться, чтобы ни к чему не привыкать, чтобы ничего не принимать, как должное. Чтобы радоваться простым вещам. Чтобы каждый вечер обнулять всё, что стало обыденным и скучным, а после пробуждения заново открывать для себя мир.
Я люблю человека, который выше моего понимания. Как бы так исхитриться, чтобы это не кончалось, чтобы слово «вечность» никогда не складывалось, а только длилось и длилось?
Между вторым и третьим этажом я понимаю, что нужно тем больше любви, чем больше пустоты нам необходимо восполнить.
Между третьим и четвёртым я думаю, что всё это ерунда..."

* * *

А сейчас я лежу в постели, рядом с кроватью тускло светит соляная лампа, тихонько шумит увлажнитель воздуха (без него я задыхаюсь ночью).
После сегодняшней капельницы снова бессонница, снова идёт носом кровь, снова начались больничные будни.
(Дальше будет медицинское, если вдруг кто не любит такого читать.)

Collapse )
анфас

(no subject)

Но нет, зима не будет вечной.
Трамвай плетётся до конечной,
Глаза слезятся на ветру.
Всё образуется, конечно,
Я не умру, я не умру...

Мы непременно будем живы.
И будет снег неторопливый
Идти, как символ чистоты,
Как будто многорукий Шива
Рассыпал белые цветы.

Заметены ориентиры,
Пустоты, трещины и дыры,
А снегу словно нет конца.
В пространстве маленькой квартиры
Бесценны тёплые сердца.

Но нет, зима не будет вечной.
Мы далеко не безупречны,
И не научены пока
Вплетаться мышцею сердечной
В поэму мира на века.

Когда опомнишься от бега,
Твой дом становится ковчегом,
А жизнь по-прежнему права.
И где-то глубоко под снегом
Растёт упрямая трава...