pristalnaya (pristalnaya) wrote,
pristalnaya
pristalnaya

This journal has been placed in memorial status. New entries cannot be posted to it.

Categories:

Ещё о бабушке

Меня редко хвалили в детстве. Не то, чтобы ругали взамен, нет. Просто никому не было особого дела. Или мне так казалось...
Лет, наверное, с шести я часто уходила далеко от дома, обычно с какими-то ребятишками, и терялась во времени совершенно. Мы играли в разные игры – в войнушки, в казаки-разбойники, в Тимура и его команду, или у кого-то в гостях смотрели диафильмы. Я спохватывалась, когда на улице было темно, и моя бабушка с кучкой старших ребят из соседних дворов прочесывали район в поисках пропавшей меня.
Даже тогда меня не ругали. Бабушка брала меня за руку и вела домой. Ну, так, словно она потеряла очки (хотя нет, из-за очков она волновалась и расстраивалась жутко), скорее, как брала вчерашнюю газету, где была любопытная статья, прочитанная уже, но пусть будет, вдруг пригодится, пусть вот тут на кучке полежит, где все газеты, чтобы сразу найти, если надо.

Я не любила ходить с бабушкой за руку. Руки у нее были всегда тёплые и словно распаренные от бесконечной возни с посудой, со стиркой, с чем-то вечно кипящим в кастрюлях на плите. И когда по голове меня гладила, я не любила.
– Ты не повинна ходзиць так далеко, дзецко, – говорила она по-польски и отворачивалась к окну.
Я думаю, она любила меня – той странной сдержанной любовью, которой любят учителя своих лучших учеников. Тем глубоким чувством, в котором слишком намешано от заботы и контроля, от нежности и ответственности.

Когда изредка к гастроному на углу нашей улицы подъезжала машина с такой большой цистерной и надписью "живая рыба", бабушка всегда покупала нескольких карпов. И потом мы долго шли к маленькому озеру возле хладокомбината, где выпускали их в воду, и мне покупали мороженное на палочке.
И еще бабушка выносила из моей комнаты пауков (которые неизвестно откуда вечно брались), аккуратно, в тряпочке, на траву. Подозреваю, что ко всякой живности она питала более теплые и искренние чувства, чем к людям. Или мне так казалось...

Бабушка всегда просыпалась рано, так рано, что была ещё ночь. Она успевала переделать всю домашнюю работу к моему пробуждению – налепить вареников, перестирать в тазу всю одежду, перегладить простыни, вымыть полы в кухне и на веранде, накормить собак и кошек, подмести дорожку к калитке... Она делала это спокойно и безропотно, я думаю, даже радостно. Часто я заставала её поющей за этой работой.
Когда она уставала, то садилась в кресло у окна, включала польское радио и перебирала гречку или фасоль, или перетирала мак, или что-нибудь шила. Она никогда не сидела без дела.

Я совсем не плакала, ни на похоронах, ни позже (да и до того я почему-то не могла при ней плакать). Но каждый раз, когда я вспоминаю о бабушке, становится больнее всего от одной мысли: она никогда не видела моря, ни разу в жизни...
Tags: архив, ба
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 18 comments