Category: напитки

Category was added automatically. Read all entries about "напитки".

анфас

(no subject)

Мы с Лилькой курить попробовали лет в 9, пожалуй. Не то чтобы прямо вот курить хотелось (я тогда точно знала уже, что курить никогда не буду), а из любопытства, из интереса просто. У Лильки дед курил и у меня. Но мой дед папиросы носил с собой всё время, а Лилькин держал в коридоре на вешалке. Поэтому мы потащили сигарету у него.
То была «Ватра» без фильтра. Сигареты пахли отвратительно, как, впрочем, и сейчас. Пока мы донесли её до укромного места, половина табака из сигареты высыпалась в карман. Укромным местом была срезанная молнией сосна (это за железной дорогой, недалеко от депо). Там лес ещё не до конца вырубили под новостройки, и у нас была пара любимых местечек.
Я не буду врать, что помню вкус дыма, что запершило в горле, что я кашляла, что отплёвывала с языка табак. Ничего этого я не помню. Вообще оказалось неинтересно. Я ведь в детских и подростковых фильмах видела, как кто-то первый раз пробует курить, как задыхается затяжкой, слёзы брызгают из глаз, как заходится кашлем и говорит сипло. И я завидовала, и досадно мне было, что у меня не получилось вот так, правильно, как в кино.
Вообще странно, что Лильке удавалось подбить меня на какие-то такие вещи… Вот вино, кстати, мы тоже с ней вместе попробовали во втором классе. Правда то было Рождество и церковный «Кагор», и угощала нас Лилькина бабушка. Но в другом месте я бы никогда. А с Лилькой за компанию – пожалуйста. А ведь я до десятого класса даже шампанское не пила ни разу.
Лилька воровала булочки в гастрономе, а я несколько раз стояла на стрёме. Я ничего не могла с этим поделать. Она была моя подруга, и если я не могла её переубедить, то обязана была помогать.
Первый раз я не ночевала дома тоже с Лилькиной лёгкой руки. Это было в классе девятом. Моя бабушка чуть с ума не сошла. Телефонов тогда у нас не было.
Каждый раз я пыталась отговорить Лильку от очередной глупости, но аргументы мои были смешны и не действенны. Лилька ничего не боялась. А я, по большому счёту, наверное, просто трусиха была. Мне казалось преступлением - делать плохие вещи. Мне казалось, что возмездие будет скорым и страшным. А плохие вещи я сформулировала для себя очень рано.
И каждый раз, когда я делала что-то, что противоречило моим внутренним заповедям, я боялась. И всегда пыталась найти себе оправдания. И всегда в этом была замешана Лилька, как некий ангел-искуситель. Я смотрела на неё и думала: «Ну вот же, ей всё то же самое сходит с рук. Она от этого всего получает удовольствие и никаких угрызений совести. Наверное, я всё себе надумала про плохие вещи, про неправильные поступки…»

Лилька плохо кончила. А дорожки наши разошлись сразу после школы.
А я и сейчас, когда делаю что-то, что в принципе не очень хорошо, но все так делают… я боюсь...
Боюсь собственной памяти об этом. И знаю, что буду наказана, даже за любую мелочь. Но как и когда – не знаю… Наверное, я трусиха… И поэтому я стараюсь не делать плохих вещей. Мне не всегда это удаётся, но я стараюсь. Потому что обмануть себя невозможно. Потому что за многие вещи потом бывает очень стыдно.
А для меня это невыносимо, когда мне стыдно! Это ужасно. Это даже хуже, чем наказание и возмездие.
анфас

(no subject)

Моя бабуля гнала самогон. Ещё в то время, когда за это могли не просто штраф выставить и аппарат конфисковать, но и посадить запросто. Нет, бабуля не была злостным самогонщиком, а что называется «чисто для себя» (хотя сама она, вобщем-то, и не пила).
Происходило это нечасто. И меня, маленькую, вся эта процедура завораживала, как какое-то алхимическое чудо. Большая клокочущая кастрюля на огне, трубка, которая крепилась к крышке просто куском сырого теста, и, конечно, сам аппарат, с замысловатым змеевиком и непрозрачными стенками. Я прекрасно помню, как выглядели все отдельные части конструкции, потому что хранились они в сарае, куда я частенько наведывалась поразмыслить о жизни. Там же, в сарае, стояли плоды химического действа – три трёхлитровых банки самогона: крепкий (первак), средней крепости и слабый (градусов 40, как водка).

Самогон, конечно, шёл не на протирку магнитофонных головок. Его нахваливали бабушкины гости, соседи, знакомые… Знатный был самогон!
На самом деле, пенсия у бабули была по тем временам маленькая, а просить она ничего ни у кого не любила. Помощников, кроме меня, мелюзги, - тоже не особо. А пол-литра самогона было довольно расхожей формой оплаты: и Лёне-сантехнику можно дать, и Ваське Чабану, чтоб траву во дворе выкосил, и соседу Петру, чтоб крышу подправил.

Хорошо помню нескольких персонажей, которые появлялись более-менее регулярно у нас в доме, чтобы разжиться пол-литрой.
...Николай. Здоровый мужик был, косая сажень в плечах, густые с проседью волосы. «Какой интеллигентный человек! – говаривала бабушка. – Каждый раз мне руку целует!» Николай водил мусоровоз. Раз в неделю он появлялся на нашей улице и по всем дворам собирал мусор. У Николая с бабулей был бартер: он всегда привозил пакет кофе в зёрнах. Тогда это был дефицит, а у Николая кто-то из родичей подворовывал на конфетной фабрике.
...Зойка. Она жила в конце нашей улицы, и самогон брала для мамы – старой спивающейся польки Даны. Та не признавала никаких других лекарств. Когда Даны не стало, Зойка сама начала пить. Пила сильно, много и без разбору. Бабушка её от дома отваживала, не хотела грех на душу брать. Но тогда чуть ли не в каждом втором дворе самогон гнали. Нашлись добрые люди… Зойка совсем спилась, к сорока годам выглядела, как старуха. А потом по пьяни переписала свой дом на каких-то добродетелей и сгинула.
...Влодек. Стареющий вдовец, чья дочь уехала из дому, бросив ему двух внуков. Влодек какое-то время обхаживал мою бабулю, даже замуж звал, но бабушка посмеивалась, а пацанов его жалела – вечно каких-то гостинцев передавала. Влодек часто помогал какой-нибудь мужской работой по дому (а что-нибудь всегда находилось). Помню, что они часто в шутку ругались, получая от этого какое-то семейное почти удовольствие.
...Витька-сутулый. Он и впрямь был очень сутулый, ездил на велосипеде, жил через два дома от нашего. Золотые руки были у мужика: телевизор там починить или проигрыватель, утюг вообще не глядя! Тот в любое время суток мог прийти. Плохо он с женой жил – скандалили до драк. Витька приходил к нам, бросал на стол кепку… «Эх, – говорил, – налей, бабка, стакашку! Анька совсем меня заела!» С собой бутылку никогда не брал – жену боялся.

А потом бабуля болеть стала, и дело это совсем забросила. Аппарат каким-то соседям отдала, потому как без надобности…
Но «ходоки» еще долго к ней наведывались. «Нету, - говорила бабуля, - и рада бы, да нету!» Особенно Витьку-сутулого ей жаль было.
А после бабушкиной смерти в сарае обнаружилось пять трёхлитровых банок самогона, неизвестно, для какого случая припасённых. Но к тому времени алкоголь весь почти выветрился... Не пригодился, стало быть...
анфас

(no subject)

Один раз мне захотелось приключений.
Вы не подумайте, что мне их не хотелось много раз. Просто именно этот вспомнился.
Я отошла от периода пелёнок-кормёжек, операции, слюней, соплей, недосыпов, замужества-размужества... Всё потихоньку устаканилось, навелась резкость на окружающее, наследница росла и пахла цвела.
Была весна, внучка воспитывала бабушку на выходных, а у меня заиграла кровь или что там еще... и я выпорхнула в город.
Куда? Наверное, в кино!
- Ага! - сказала я, направляясь к любимому кинотеатру.
- Ага! - сказал город и закрыл его на ремонт.
Ну и ладно, ну и подумаешь...
- Ага! - подумала я, - Позвоню Лильке!
- Ага! - сказала Лилька, - я в Питере.
Как-то всё не складывалось и захотелось выпить. Выпить я не любила и не умела. Поэтому пошла в шоколадный бар и заказала кофе с коньяком. Так все делают.
За столиком напротив сидела одинокая девушка и пила тот же коньяк с кофе. Мы сидели-сидели, друг на друга поглядывали... И я представила себе, что вот я, к примеру, мужчина... или, хрен с ним, лесбиянка... и хочу закадрить девушку (а там было что кадрить!) И вот я встаю (не мысленно уже, а натурально встаю) и подсаживаюсь за её столик.
То да сё, бла-бла ни о чём... И тут она начинает лапать меня за коленки!.. И за талию приобнимать!.. А я не готова была к такому! У меня как-то по-другому в сценарии было!
- Ага! - говорит она, - Не хочешь тут, едем ко мне.
- Ага! - думаю я, - Щасс!
Короче я соврала, что встреча у меня, что парень ждёт, что еще чего-то там... и слиняла.
А потом подумала, а что если бы меня не девушка там лапала, а был бы это мужчина. Я ведь тоже к нему бы не поехала. И реакция, скорей всего была бы такая же. Значит, дело не в половой принадлежности. А в том, что мы хотим быть во всеоружии и разыгрывать по ноткам свои приключения. Или, чтоб события хотя бы не противоречили предполагаемым вариациям на тему. Или надо быть в каком-то определённом состоянии духа, чтобы кинуться в такую афёру с первым встречным...
Потом-то, с возрастом, всякое было. Опыт, он шелуху снимает, и уверенности придаёт, и предсказуемости, и наглости порой...
А девушка славненькая была. Я потом уже пожалела, конечно...
анфас

(no subject)

Зима - не моё время. Моя самая изнурительная любовь родилась зимой, и ровно в десятую зиму умерла. Больше зимой я не влюблялась.
Зато зимние вечера всегда были большие и глубокие. Я читала, потягивала вино, писала письма. Одну зиму я провела всю целиком в постели. А еще в одну - я была совершенно нищей, не было денег даже на трамвай. Раз в неделю я ходила к кому-нибудь в гости, чтоб отогреться и поесть. Зато в следующую зиму я каталась на такси, бродила по парижским бутикам и отказывала всем мужчинам.
Зимой я особенно ленива. Медленные мысли, медленные сны, медленные прогулки, медленные ласки, медленное всё.
Зимой мне так невыносимо хочется, чтобы меня жалели, кутали, баюкали и прощали. Зимой я маленькая девочка и меня можно ставить в угол. Я поплачу и буду вести себя хорошо.
Зимой у меня бессонницы, выпадение волос и постоянный голод. Я не крашу ногти, не открываю окон, не хожу босиком.
Зимой меня трудно любить. Я капризная и не знаю, чего хочу.
В одну из зим я родила себе девочку. Девочка подросла и очень похожа на меня. Лишь мои зимы её не коснулись.
Каждой зимой я прячу одну большую прозрачную сосульку в укромном месте. Когда сосулек наберется достаточное количество, я построю большой островерхий терем. Туда вы сможете приносить мне белые каллы. Я очень люблю белые каллы.
Только приходите летом. Зимой я врядли буду вам рада.

Photobucket - Video and Image Hosting
анфас

Дочки-матери.

Утром перед работой - ритуальная чашка кофе. На столе бумажка:
1 ст. лож. оливкового масла,
1 ст. лож. мёда,
1 ст. лож. коньяка,
1 желток.

- Алька, что это за рецептик? Крем какой-то, что ли, к торту?
- Ма-ам! (Типа: ты шо, вообще?) Это в голову втирать! Волосы лучше расти будут! Мне Дашкина бабушка написала, не выбрасывай.

Благо, мёд и яйца в доме есть. А вот на бутылку коньяка и бутылку оливкового масла - это я попала!..
Позвонить, что ли, Дашкиной бабушке?..