Category: наука

зайцы Франки цв.

Что тут можно почитать


  • тут собраны все стихи
  • отдельно цикл Письма к Тэйми
  • и просто письма Кате
  • вот здесь - результаты любви
  • как я это чувствую - нутряки

  • а это все мои рассказы
  • воспоминания о детстве
  • кое-что про время
  • о тех, кого я помню

  • сказка про Франку и её зайцев
  • а здесь Фея по фамилии Дура
  • тут послушать мои песни
  • посмотреть видео

  • посмотреть мои фотографии
  • полюбоваться на котика Баку
  • мои кулинарные рецепты
  • где купить мои книжки
  • ну и традиционные сто фактов



    У меня рак и мне нужна ваша поддержка!
    кликните на картинку, чтобы прочесть мою историю

    _________________________________
    Комментарии скрыты - на всякий случай,
    если вам есть что сказать конфиденциально.
  • анфас

    (no subject)

    К лету пространство постепенно загустевает, делается вязким и янтарным, как липовый мёд. Всё вокруг немного замедляет бег, меняет ритм, удлиняет амплитуду. Это совсем другое время, которое хочется жить неспешно, созерцая, растягивая и смакуя, как долгожданные каникулы. Все смыслы к концу лета созреют и наполнятся спелой мякотью и новым соком, спокойной радостью и удовлетворением. А пока молодая завязь уверенно прорастает сквозь все сомнения, заполняя пустоты и прорехи внутреннего сада.

    В начале лета ты ещё избавлен от тоски по убыванию жизни. Вычитание из тебя времени ещё не так ощутимо, не так обозримо. Ещё можно наращивать, прибавлять и копить. Хотя это самая большая иллюзия, самая хитрая уловка, которую мы прощаем лету взамен на его щедрые обещания и наши собственные надежды.
    Смерть, старость, однократность жизни — всё это слишком неуместно, слишком неактуально. Летом все немного моложе, немного уверенней, немного счастливее. Во всяком случае, хочется так думать.

    Лето выращивает нас, выхаживает, как заботливый садовник. Отучает от спешки и тревоги, от суеты и уныния. Заливает солнцем наш внутренний мрак и силится растопить наш внутренний лёд.
    И когда рассеется этот мрак и сойдёт этот лёд, отступят все монстры, рождённые твоими страхами. Дышать станет легче, улыбаться светлее, любить естественней, верить проще. И мы снова будем всесильны и бессмертны. Целую вечность. До самой осени.

    А пока нужно сделать невозможное, какое-то сверх усилие, выжить и выстоять, перестать жалеть себя. Заново доказать теорему жизни и веры. Лелеять каждый миг, который дарован без страха и боли, стойко переживать другие времена. Сочинять себе маленькие желания и рубежи. Верить, верить, верить. И потихоньку отвоёвывать ещё одно прекрасное земное лето. Ходить по Божьей ладони с сердцем, полным любви и благодарности. И может быть, может быть, получить ещё один маленький шанс — ещё немного бесценного времени, немного волшебного летнего элексира, немного жизни...
    анфас

    (no subject)

    • Всё, что я делаю, должно радовать меня самого. /Генрих Бёлль/

    • Один человек имеет право смотреть на другого свысока только тогда, когда он помогает ему подняться. /Габриель Гарсиа Маркес/

    • Вы слишком много думаете о том, как найти нужного человека, и недостаточно – о том, как стать нужным человеком. /Гэри Чепмен/

    • Страдание необходимо до тех пор, пока вы не понимаете, что можете обходиться без него. /Экхарт Толле/

    • Когда человек не знает, к какой пристани он держит путь, для него ни один ветер не будет попутным. /Сенека/

    • Единственная причина для существования времени — чтобы все не случилось одновременно. /Альберт Эйнштейн/

    • Если вы внезапно очутились в яме, первое, что надо сделать – это перестать копать. /Уилл Роджерс/

    • Сложнее всего начать действовать, все остальное зависит только от упорства. /Амелия Эрхарт/

    • Надо любить жизнь больше, чем смысл жизни. /Федор Достоевский/
    анфас

    (no subject)

    Никто ничего о тебе не знает. Каждый человек сочиняет тебя по-своему. Любые вводные данные – суть наука о твоей собственной маскировке. Однажды понимаешь, что то, что ты показываешь окружающим, совсем не обязательно чувствовать (да, этому учатся быстро). С этой минуты ты – и глина, и гончар. И здесь очень важно не заиграться. Чтобы в тот момент, когда ты ищешь настоящего понимания, суметь не обмануть ни себя, ни другого.
    анфас

    (из писем Кате)

    Если смотреть оценивающе на свою нынешнюю жизнь, можно найти массу поводов для недовольства собой, для сожалений или разочарований. С возрастом пора освоить эту тонкую и непростую науку – не смотреть оценивающе на свою нынешнюю жизнь. Соблазн всегда велик, всегда велика опасность промахнуться с ценой. А целесообразность любых претензий к миру равна нулю. В конце концов, мы не на базаре. За наше прошлое, к примеру, никто не даст ломаного гроша. Оно бесценно только для нас самих. Но и мы не можем выменять его ни на будущее, ни тем более на настоящее. Нужно просто делать то, что должно. Нужно просто стараться быть безупречными.
    Нужно просто двигаться в сторону света.
    Такого места, где все поступки последовательны, а знания чудесным образом освобождают от внутренних противоречий, где все идеалы вечны и ценности абсолютны, где любовь и красота правят миром, а все отношения прекрасны и гармоничны, где «походка - танец, а слова – псалом»… такого места, на земле не существует.
    Но мы туда идём.
    анфас

    (no subject)

    • Любить — это значит бескорыстно создавать условия для того, чтобы другой был тем, кто он есть. /Хорхе Букай/

    • Вы знаете, что такое обаяние? Умение почувствовать, как тебе говорят «да», хотя ты ни о чем не спрашивал. /Альбер Камю/

    • Сколько глупых вещей говорят люди только из желания сказать что-либо. /Вольтер/

    • Мне не нравится жить в мире, где правильные поступки так редки, что начинают считаться добрыми. /Джонатан Кэрролл/

    • Тебя определяют две вещи: твоё терпение, когда у тебя ничего нет и твоё поведение, когда у тебя всё есть. /Зиг Зиглар/

    • Самая большая глупость — это делать то же самое и надеяться на другой результат. /Альберт Эйнштейн/

    • Я то, что я с собой сделал, а не то, что со мной случилось. /Карл Густав Юнг/

    • Один из важнейших талантов — не озадачиваться вопросами, которые тебя не касаются. /Людвиг Витгенштейн/

    • Мы думаем, что Бог видит нас сверху — но он видит нас изнутри. /Жильбер Сесброн/
    анфас

    (no subject)

    Так символичен этот переход из осени в зиму. Из тепла в холод, из действия в бездействие, из цвета в монохром... Всё труднее удерживать свой собственный образ, всё невозможнее. Личная биография становится предметом экспериментов. Ты уже ни в чём не уверена – ни в будущем, ни в прошлом. Твоя история разматывается, разворачивается по неожиданному сценарию. И кажется, что главный сценарист тут не ты... Ты лишь подмастерье, соавтор (в лучшем случае), и видимо, не слишком искусный.
    Внутренняя тишина нарастает в математической прогрессии, и вычитание собственного присутствия из социума становится непростой наукой, которую нужно изучать медленно и внимательно. Кто бы что ни говорил, ты теперь немного отдельно от всех.

    Экономишь силы, экономишь ресурсы, экономишь эмоции. В какой-то момент понимаешь, что не можешь любить одинаково всех. Что на чужих уходят последние силы, последнее тепло, и тебя просто не хватает... Слабая память, слабые мышцы, слабое сердце. Утешаешь себя тем, что слабость – лишь сезонный феномен. Так природа, устав за год, переходит в энергосберегающий режим, вот так и ты чувствуешь себя облетевшим деревом, готовящимся к зиме. Думаешь лишь о том, чтобы эта зима не была вечной.

    В контексте прожитой жизни теперь кажется смешным судить о серьёзных вещах и больших смыслах. Мир разворачивается диковинным цветком каждую минуту, огромным калейдоскопом, гигантским свитком – сводя на нет все твои наработки, весь твой опыт и всю твою уверенность. Каждое утро начинаешь себя заново. Оглядываешься в поисках инструментов и подручных средств, и немедленно вспоминаешь, что кроме тебя у тебя больше нет никаких возможностей. Ты сама ответ на свои вопросы. И зима – отличное время для внутренней терапии.

    анфас

    (no subject)

    Я сплю по 3-4 часа в сутки. Уже почти месяц. У меня бессонница. День начинается с рассветом и тянется долго-долго. Я никуда не спешу, мне некуда торопиться. Я наблюдаю, как лето медленно раскручивает свои огромные жернова. Как длинные утренние тени к полудню подбирают края и делаются контрастней, а воздух становится густым и тягучим, словно вишнёвая смола. Как плавятся островки неукатанного асфальта, а вокруг фонтанов ходят вальяжные голуби, то и дело подставляя бока под облако брызгов.
    У меня есть белая шляпа и зонт от солнца. И парусиновые тапочки с рыбами. Во всём этом есть что-то пляжное, курортное. И каждый раз кажется, что море совсем близко.
    Но море далеко.

    68.81 КБ

    В конце июня во Львове Alfa Jazz Fest 2015: Mike Stern, Herbie Hancock, Paquito D'rivera, Wayne Shorter Quartet Danilo Perez, John Patitucci, Brian Blade,Hiromi, GeorgeBenson...
    Боюсь загадывать, но имею намерение. Моё отношение к планированию претерпело сильные изменения за последние пару лет. Привычка всё держать на контроле – совершенно потеряла актуальность. Наука смирения – одна из самых сложных. Принять существующий порядок вещей – это большая внутренняя работа. Не пытаться переламывать ситуацию, не принимать желаемое за действительное, не заселять будущее своими виртуальными проекциями...
    У вас есть планы на лето? Расскажите.
    зайцы Франки цв.

    (no subject)

    Я уже как-то писала, что мы не просто хотим, чтобы нас любили. Мы хотим, чтобы нас любили определённым образом. Чтобы по-особому нас слушали, говорили определённые вещи, реагировали так, а не иначе. Иногда мы не совсем понимаем, что значит «так». А если и понимаем, то где-то очень глубоко, и словами не описать.
    Хитрость в том, что «так» никогда не будет. Никогда. Даже если ты сто раз объяснишь и научишь. Никто не будет настолько тонок, чуток и изыскан в своём внимании к тебе, насколько тебе кажется, ты этого заслуживаешь. Во-первых, тебе действительно, кажется. А во-вторых, любовь нельзя заслужить.
    И можно по сто раз объяснять друг другу понятные вещи. Научить нельзя. Можно приучить или привыкнуть. И тогда будет почти «так». Какое-то время.
    Мне говорили, что наступает такой возраст, когда уже не важно, как. Важно, чтобы просто любили. А я возражала, что не бывает такого возраста, что это не категория времени, а суть наука о каком-то совсем другом уровне человеческих отношений. Не друг к другу, а к миру вообще. Когда любовь оказывается безусловной (и это, обыкновенно, любовь дарящая). Проблема в том, что всегда есть принимающая сторона, которой нужны условности, и для которой всякая любовь будет ущербной. Потому что невозможно оправдать чужие ожидания. Ни оправдать, ни оправдаться...
    руки

    (no subject)

    Никто ничего о тебе не знает. Каждый человек сочиняет тебя по-своему. Любые вводные данные – суть наука о твоей собственной маскировке. Однажды понимаешь, что то, что ты показываешь окружающим, совсем не обязательно чувствовать. С этой минуты ты – и глина, и гончар. И здесь очень важно не заиграться. Чтобы в тот момент, когда ты ищешь настоящего понимания, суметь не обмануть ни себя, ни другого.